MintRiga: Расскажи, пожалуйста, о себе. Ты закончила Пушкинский лицей и Латвийский университет. Почему ты выбрала именно филологический факультет?

Елена Соковенина: Он казался мне достаточно универсальным для выбора профессий пишущего человека.

MR: Какие языки ты знаешь?

ЕС: Боюсь, что толком никаких. (Почти шутка). Ну, латышский. Английский довожу до приемлемого состояния прямо сейчас, чтобы иметь возможность общаться с английскими друзьями, французский, польский и украинский так и остались в самом начале. Последние два я выбрала в университете. Подумывала заняться славянскими языками, но в итоге выбрала психолингвистику.

MR: Ты жила когда-нибудь за границей? Если да, то как долго и как на тебя это повлияло?

ЕС: До пандемии я проводила почти половину времени в России – по работе. Жила в Петербурге по деловой визе, ездила оттуда в командировки и на встречи с читателями. Лет десять назад я провела месяца два в Англии. Неудачная попытка эмиграции – для меня очень важны близкие люди, я не смогу без них. Хотя я люблю бродячий образ жизни. Пандемия повлияла, конечно, как на всех.

MR: Расскажи, пожалуйста, что такое издательство «Самокат» и какую роль ты в нем играешь?

ЕС: «Самокат» – независимое российское детское издательство, одно из самых известных как в России, так и за рубежом. Большинство авторов, которые там издаются, финалисты или лауреаты престижных наград, но там всегда рады талантливым авторам, даже, если это кто-то совсем не известный. Главное, чтобы автору было, о чём сказать. «Самокат», как правило, волнуют актуальные вопросы современной жизни.

MR: С кем вы в основном работаете?

ЕС: Если я правильно понимаю вопрос, это об отечественных или переводных авторах? На самом деле это важный вопрос. Но он непростой, как большинство вопросов книжной отрасли. Особенно что касается книг для детей и подростков. С одной стороны, в России до войны было едва ли не самое большое число переводных авторов в мире. Но на самом деле проблема глубже: одна из моих работ в «Самокате» – чтение рукописей, встречи с авторами. И я вижу, как тяжело объяснить: да пишите вы, о чём хотите. Что болит, о том и пишите. Какой-то глобальный – не знаю, страх? – говорить свободно. Или это мысль о том, что необходимо вписаться в какие-то рамки. В целом понятно, конечно, но что же это за автор, который сам просит издателя: объясните мне, на какие темы я могу писать. Но, к счастью, довольно много тех, кто не боится говорить своим голосом о том, что волнует. Неважно, откуда ты, какой ты, и даже не очень важно, на каком языке ты говоришь о том, что волнует. Главное, есть, о чём. Есть темы, которые хочется обсудить, вопросы, на которые хочется найти ответы. Ну, я занимаюсь русскоязычными рукописями, отдел зарубежных прав – коллеги.

 

MR: Сложная ли работа — издавать книги?

ЕС: Коротко – да. (Здесь должен быть нервный смех). Особенно в условиях, когда искорёженное «позитивное мышление», по сути, привело людей к запрету на чувства. Сложнее всего достучаться до аудитории: той, которая искренне верит, что если запретить говорить о несправедливости, боли, страданиях – они исчезнут. Самая сложная работа – книги для подростков. Их боятся. Чаще всего превентивно – как бы чего не вышло. Очень трудно объяснять людям, что идея изолировать «детское» – разрушительная идея. Никто не может принять решение, что и когда нам читать. Люди разные, дети разные. Очень важно понимать их. И вот тогда может идти речь о том, что для них выбирать. А не «по возрасту» или «по полу». Книги «для девочек» или «для мальчиков» – тоже такая странная идея, которая сейчас очень популярна. Хотя для меня это звучит просто дико. Как людям разного пола и возраста понимать друг друга, если их друг от друга изолируют? Но само книгоиздание – сложная вещь сама по себе. На всех уровнях.

MR: Что нужно для того, чтобы издательство процветало и книги издавались снова и снова? Есть какой-то секрет удерживания рейтинга издательства?

ЕС: Да, есть такой секрет. Искренность. И желание понять тех, кто непохож на тебя.

MR: Существует ли взаимопомощь среди издательского бизнеса или это рынок с очень жесткой конкуренцией, где каждый выживает как может, в одиночку?

ЕС: Насколько я могу сравнивать, у книжных людей правда большая взаимовыручка, много совместных проектов и мероприятий. Нам иначе не выжить.

MR: Твоя работа как-то связана с Ригой? Или это полная удаленка и ты живешь «на своей планете»?

ЕС: Я живу в большом мире. По крайней мере, я стараюсь, чтобы моя картина мира была по возможности целой, а не разбита на кусочки. Удалённая работа во всех случаях – мой выбор, независимо от того, где я нахожусь.

MR: Я знаю, что «Самокат» — это российское издательство. Можно ли купить ваши книги в Латвии? Если да, то с какими магазинами вы сотрудничаете?

ЕС: Книги «Самоката» можно купить везде. В Риге это прекрасный детский книжный “Vilki Books”, или “Polaris” , любой магазин, где есть детские книги на русском языке. Но, кстати, можно заказать и на издательском сайте.

MR: Что нужно сделать, чтобы издать свою книгу у вас?

ЕС: У нас – где, в «Самокате»? Во-первых, как я уже говорила, нужно иметь, что сказать. Во-вторых, в любом случае автору важно зайти на сайт издательства, прочесть, что издательство говорит о себе, ознакомиться с издательскими сериями. И только потом принимать решение отправлять ли рукопись именно этому издателю. Куда отправлять рукописи, всегда указано на сайте. У любого издательства есть свой формат, свои цели и задачи. Отправлять рукопись всем подряд, как это часто делают авторы, не получится, это просто письмо «на деревню дедушке». Вообще издать книгу дело непростое, автор должен быть готов понимать, что происходит на рынке, осознавать, какое место займёт его книга. Не бывает «просто издать». Почти любая типография предложит весь пакет услуг по печати. Это не издательство, но, например, если вы читаете лекции и хотите на них продать свою книгу, это удобный выход. Как и сервис самопубликаций, как “Ridero”, например. Недорого, удобно. Но важно различать, что издатель и типография – не одно и то же. Сейчас кто угодно может сделать книгу – бумажную или электронную. Я, например, подрабатываю ещё вёрсткой электронных книг. Но издатель – это не только печать или публикация в магазине электронного контента. Это, в первую очередь, рекомендация. Информационное поле, в которое попадает (или нет) автор, чтобы найти своего читателя.

MR: Что такое второе издательство «Эдвенчер-пресс»? Я знаю, что есть два издательства, где ты работаешь. Первое — «Самокат», второе — «Эдвенчер».

ЕС: Второе в каком смысле, моих мест работы? Оно вряд ли второе. Я фрилансер, сотрудничаю не только с «Самокатом», хотя «Самокат» главный, любимый заказчик, с которым я сотрудничаю много лет.

MR: «Эдвенчер-пресс» – это твое собственное детище?

ЕС: Да, это мой собственный проект в Риге. Он, скорее, первый, если так размышлять.

MR: Какой профиль у этого издательства? На каком языке издаются книги и где их можно приобрести?

ЕС: «Эдвенчер Пресс» нишевое издательство, мы занимаемся приключениями (как это понятно из названия). Авантюрный роман, пародия, буффонада, юмористический нон-фикшн – вот это наш профиль. Ну и мы изрядные англофилы. Воздаём должное любимой классике. Пока книги на русском, но мы как раз готовим латышский перевод одной из книг и в будущем видим ещё книги на латышском и английском. Вообще я давно размышляла, что такое приключения в целом. В чём они. Если отбросить фэнтези – а меня уже давно смущает, что именно с фэнтези давно уже связывают приключения, реалистический фикшн как-то отпал – тогда что остаётся?

Как раз на днях договорились с «Самокатом» о интерактивных проектах. Ну, у нас уже есть пара книг, которые вышли в электронном виде в “Эдвенчер», а в бумажном – в «Самокате». Например, в «Эдвенчер» у меня два больших сериала про жуликов-рекламщиков. Сюжет, по сути, один, но одна серия – ретро, вторая – наши дни. Там – Америка, здесь – Россия. Это одна история в разных декорациях. Хотя, конечно, читатель вправе сам решить, так ли. В этом как раз и есть смысл проекта. Ну и вот, в «Самокате» эти два сериала вышли одной книгой, где обе версии смонтированы, как в фильме, в одну книгу, «Импровизаторы. Саквояж мадам Ренар». В конце книги ссылка на «Эдвенчер». А в «Эдвенчер» это два долгоиграющих сериала с разными названиями: «Пять баксов для доктора Брауна» (ретро) и «Универсальный саквояж мадам Ренар» (современная версия).

А, например, роман Светланы Лавровой «Трилобиты не виноваты» вышел в «Самокате» бумажной книгой для детей и подростков, а в «Эдвенчер» – электронной для всех. «Эдвенчер Пресс» не делает разницы между детской и взрослой литературой. Мы работаем в диапазоне от YA (Young Adult) до бесконечности. Это называется переходной литературой. Для меня наиболее ценно именно это: возможность найти точки пересечения людям разного возраста.

Наши книги можно купить во всех больших магазинах, где есть электронные книги. Российский ЛитРес, Bookmate, Google Play… Готовим аудиоверсии для Storytel – это библиотека аудиокниг. Ну, и я активно налаживаю сотрудничество с независимыми магазинами. В Прибалтике это трудно, большая разбросанность людей. Мы не привыкли к коллаборации, не привыкли интересоваться друг другом. Можно иметь множество интересных проектов, но так и не узнать, что есть какой-то проект, пока случайно не встретишься в Лондоне, например. Пока договариваемся с “Vilki Books». Я мониторю интересные книжные проекты, предлагаю сотрудничество.

MR: Как сказалась пандемия на издательском бизнесе? Стали покупать больше или, наоборот, люди экономили деньги на книгах?

ЕС: Трудно сейчас судить, издатели только начали подводить итоги. Но я могу сказать, что да, во время пандемии читать стали больше.

MR: Что ты думаешь о печатном бизнесе в целом? Уже довольно длительное время ведется активная дискуссия на эту тему и озвучивается мнение, что печатные издания вымирают. Так ли это и не сдвинулся ли сегмент книжных товаров в лакшри?

ЕС: Да, бумажная книга движется в направлении этого сегмента. Не очень быстро, но уверенно. Но о вымирании речь не идёт. На самом деле дискуссия бумажная книга vs электронный формат – просто маркетинговый ход. Это манипуляция читателем. Легко привлечь на свой сайт аудиторию, которая отвыкла читать в принципе, считает себя читающей скорее по привычке, и готова с облегчением поверить, что качественная литература в прошлом. В реальности, если говорить о тех, кто действительно читает, пропорция скорее такая: электронные книги как покет-вариант, и бумажные – как предмет роскоши, дорогой подарок. Ну и домашняя библиотека – непростая тема. Это может быть элемент престижа для взрослых, например. Но что касается детских книг, то детям очень важно читать бумажные книги. Как электронный издатель скажу – лет до 12 не стоит злоупотреблять электронным форматом. Навыки восприятия, чтения, у ребёнка ещё не сформированы, ему важно осязать книгу, держать её в руках, учиться воспринимать оптически разные формы, тренировать зрительную память. Умение концентрироваться – это тоже бумажная книга, электронная книга читается «влёт».

Так что нет, бумажная книга не должна, не может не только уйти с рынка, но даже сузить рамки.

У меня лично бумажная семейная библиотека, в которую я добавляю бумажные книги, которые хотела бы оставить после себя. Ну и электронная – личная.

MR: Я знаю, что помимо своей основной работы, ты также принимаешь участие в издании литературно-художественного альманаха Пушкинского лицея «АРС». Как ты все это успеваешь? Ты человек-оркестр?

ЕС: Любой пишущий человек – человек-оркестр. Иначе он просто не выживет. Да и сам книжный мир очень вторичен. Он всегда связан с реальностью по множеству направлений. Это и встречи, и контакты с аудиторией и коллегами, и умение писать, и поиск заработка. И даже область технологий – всё связано.

– У тебя есть какие-то еще хобби? Что ты любишь делать в свободное время? Или ты трудоголик и твой отдых — это смена деятельности?

ЕС: Я скорее трудоголик. Если это можно так назвать. На самом деле я всегда строила свою жизнь так, чтобы работа не была чем-то, что противоположно тому, что я люблю. Я люблю гулять пешком – но по пути всегда придумывается что-то про сюжеты, связи, проекты. Я люблю викторианскую Англию – но это увлечение взрастило моё собственное издательство. Мне нравятся игры на внимательность – но это тот же Шерлок Холмс. Все мои дороги в итоге ведут на Бейкер-стрит. Кстати, справочник холмсианцев «Бейкер-стрит и окрестности» – уже много лет флагман «Эдвенчер». В бумажном формате эта книга издаётся в разных издательствах, у нас электронные права. И эта история тоже началась, когда я писала первую книгу «Пяти баксов для доктора Брауна». Собирала информацию по матчасти эдвардианской эпохи, познакомилась с автором, Светозаром Черновым, обрела его поддержку, друга – и автора для своего тогда ещё будущего издательства. Чернов, кстати, псевдоним. Это два автора. Один из них, к сожалению, умер в 2010 году. А с живой половиной авторы мы продолжаем сотрудничество.

MR: Какие твои любимые места в Риге? Что ты посоветовала бы посетить тем, кто в Риге живет недавно и пока не сформировал свою карту любимых мест города?

ЕС: Я бы посоветовала не увлекаться туристическими маршрутами. Открыть собственную Ригу. Я выросла на улице Пушкина, в Московском форштадте, и эти места – набережная Даугавы, короткий путь к Старой Риге, Маскачка со своей славой криминального района – это всё обладает своей магией. Моя старая коллега и подруга, художник Уна Андерсоне, тоже из этих мест. Я уже много лет живу на другом конце города, но мы регулярно вместе ездим на Центральный рынок – я пишу об этом у себя в Facebook. Ну просто для меня Рига начинается с базара-вокзала-набережной. Например, путь от вокзала к рынку может пролегать через туннель под Forum Cinemas – это место в шутку называют Готэм. И правда похоже, такая нуар-атмосфера, пока не выйдешь на рынок. А дальше уже другая реальность. Павильоны рынка, которые строили как ангары для дирижаблей, мясной, рыбный, молочный, местные, туристы… Здесь, кстати, прекрасно можно не только уложиться в скромный бюджет, но и выбрать съедобные сувениры. Сыр, например.

Но ещё потрясающее место Петровский парк. Или парк Кронвальда. Анатомикум между ними, кольцо 7 трамвая у бывшего мореходного училища. Или – совершенно необходимая часть для любого, кто оказался в Риге – деревянные застройки Задвинья.

Но мне кажется, что начинать надо с Центрального рынка.

Leave a Comment on Елена Соковенина. Об издательском бизнесе и не только.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.